История
Достопримечательности
Окрестности
Церкви округи
Фотогалерея
Сегодняшний день
Библиотека
Полезная информация
Форум
Гостевая книга
Карта сайта

Поиск по сайту

 

Памятные даты:

 

Праздники

Памятные даты

 

Наши сайты:


Подготовьте себя заранее к поездке в

Ферапонтово

http://www.ferapontov-monastyr.ru/
http://ferapontov-monastyr.ru/catalog/
http://www.ferapontovo.info/
http://www.ferapontovo.org/
http://www.ferapontovo-foto.ru/
http://www.ferapontov.ru/
http://www.tsipino.ru/
http://www.patriarch-nikon.ru/

Прогноз погоды:


Ферапонтово >>>


Яндекс.Погода


На главную Карта сайта Написать письмо

На главную Библиотека ПАТРИАРХ НИКОН В ФЕРАПОНТОВОМ МОНАСТЫРЕ Современная литература о Патриархе Никоне Устав монастыря Нового Иерусалима Богослужебные Восточные традиции, из Проскинитария А. Суханова Богослужебные Восточные традиции, из Проскинитария А. Суханова

БОГОСЛУЖЕБНЫЕ ВОСТОЧНЫЕ ТРАДИЦИИ, ИЗ ПРОСКИНИТАРИЯ А. СУХАНОВА


Литии за упокой на Вечерне и на Утрени отнюдь нигде не поют, ни во Иерусалиме, ни в Волошских монастырех патриарших; панихид великих отнюдь нигде не поют окроме указанных в Триоди, а малыя поют, и то редко же.

К воскресной Полунощнице такожде бьют в доску; егда же Патриарх приидет и станет на своем месте, по чину, иерей же взем епитрахель и показав Патриарху, глаголя тихо «Благослови, владыко», и творит начало, став на восток пред царскима дверми; а иногда начинает стоя в креслах под стеною без епитрахели; псаломщик «Аминь. Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе. Царю небесный», по «Приидите, поклонимся» псалом 50; таже канон Троичен, канархист канархает по крылосам, поют стихи все, а не концы, токмо ирмос не поют, токмо у всякой песни сказывают их, чтоб было знатно певцу, какой ирмос, стихи петь, якоб у нас стихиры, скажет подобен; запевают на канон «Иперагиа Триас о Феос елеисон ке сосон имас», а по словенски «Пресвятая Троице Боже наш, помилуй и спаси нас», а который лик «И ныне» поет, тот же и другой песни первой стих запевает; первую песнь начинает правый лик, такожде и третью; по третьей песни седален поют на левом, таж «Слава, и ныне» на правом; а поют седален все, а канархист канархает, четвертую песнь начинает левый лик, и прочее все по сему образу. По шестой песни седален поет правый лик, «Слава, и ныне» левый; на осьмой песни вместо «Славы» запевают: «Благословим Отца и Сына и Святаго Духа Господа», и по совершении осьмой песни поет левый лик: «Хвалим, благословим» весь; таже ирмос осьмой песни. И как пропоют девятой песни последний стих, и абие поет правый лик «Достойно есть славити тя Бога Слова», таже на левом; потом на правом третий стих, таже на левом «Честнейшую херувим» весь, а иногда вместо «Честнейшую» поют ин стих «Из мертвых видевше», таже Трисвятое. Егда же запоет: «Достойно есть», Патриарх отдает посох, и стоит без посоха, снем клобук, такожде и вси иноцы без клобуков стоят, а как пропоют «Честнейшую херувим», и Патриарх, положа на себя клобук, возмет посох, иноцы такожде клобуки на себя положат. По совершении токмо отпуст воскресный. Свечи сначала зажигают, також и лампаду пред Патриархом ставят, и тако даже до отпуста Полунощницы.

Начало Утрени все, якоже писано в повседневии, даже доселе: егда же на Утрени две кафизмы проговорят и седальны обеих кафизм пропоют, таже встав говорит правый лик «Господи, помилуй» трижды и «Слава», таже псаломщик «И ныне. Блажени непорочнии в путь», говорит якоже прочия кафизмы на крылосе под стеною, а не среди церкви; на «Славах» говорят «Аллилуиа», якоже и на прочих кафизмах, но токмо дважды, якоже и у нас; а не поют «Блажени непорочнии» николи нигде греки, якоже у нас обыкло. По совершении же кафизмы поет первый лик «Евлогитос и Кирие, дидаскон ме дикеомата су», «Ангельский собор» и прочая поют на оба лика, изжидая друг друга. Егда же поют «Поклонимся Отцу и Того Сынове и Святому Духу», тогда поклоняются вси трижды до земли. По совершении же «Жизнодавца родши», поет правый лик «Аллилуиа» трижды; или дважды единожды, таже на левом також, потом паки на правом також. По сем ектенья. По совершении же ектении и возгласе, канархист став среди церкви на восток, говорит ипакои поскору, а не канархает и не поют его нигде никогда; и проговоря ипакои, обратяся канархист к правому лику, сказывает степенна; таже обратяся на другой крылос, канархает тойже стих, таже другой стих такожде дважды, потом третий стих со «Славою», таже на левом «И ныне» и стих третий, а без канархиста николи не поют степенна наизусть; а на котором крылосе перваго антифона пели «И ныне», на том же начинают и втораго антифона первый стих, такожде и третий по тому же чину. Егда же пропоют третий антифон, абие поет правый лик прокимен, потом на левом, таже паки на правом весь же, а не половину. А иерей, или диакон «Вонмем, Премудрость вонмем» не говорит, и прокимена и стихов не сказывает, но просто сами лики прокимен токмо поют. Таже иерей, аще есть и диакон, иерей облачася в ризы и в епитрахель без стихаря, отворя царския двери, возгласит: «Ту Кириу деифомен», и предстоящии же рекут: «Кирие елейсон», таже иерей говорит возглас, предстоящии же рекут «Аминь», а правый лик поет «Всякое дыхание да хвалит Господа», також и левый, потом правый «Всякое дыхание да хвалит Господа». А поп, или диакон ничего не сказывает, ниже стихов, но просто лики сами поют. Таже диакон, аще есть, говорит стоя в олтаре: «И о сподобитися нам достойно послушати», лики же и вси предстоящии говорят: «Господи, помилуй» трижды. Таже диакон, аще ни, то иерей: «Премудрость прости, услышим святаго Евангелия»; таже Патриарх, аще же ни, то иерей: «Ирини паси», предстоящии же: «И духови твоему», таже иерей: «От (имярек) святаго Евангелия чтение», предстоящии же: «Докса Си Кирие, докса Си», а не поют, таже просхомен, и чтение Евангелия, без скуфьи, мало на правую руку отворотясь на церковь. По прочтении же лики поют единова «Ис полла эти деспота» краткое, и выступя из кресл, покланяются мало Патриарху; також и предстоящии тут потиху говорят и покланяются; а Патриарх, положа на себя клобук и взем посох, осеняет на народ на три страны. Иерей же вышед из олтаря царскима дверми, и станет среди церкви, держа Евангелие обеима рукама фелонем; а Патриарх сошед с места и став против Евангелия, держа левою рукою посох, помоляся, целует Евангелие в клобуке, а иерей целует руку Патриаршу, что у Евангелия; и целовав Патриарх мало отступя, покланяется Евангелию, и осеняет рукою на все стороны и отходит на свое место. Егда же осеняет рукою, предстоящии, выступя из своих мест, поют: «Ис полла эти деспота» потиху краткое и покланяются мало. Потом идут вси от старших даже и до младенцев, целуют Евангелие и покланяются Патриарху и отходят кийждо на свое место. А Патриарх осеняет рукою каждаго поклонившагося ему, стоя на месте своем издалека. Егда же по прочтении Евангелия пропоют «Ис полла эти», и абие правой лик говорит на оба лика поделяся по строкам якоже зде писано: «Воскресение Христово видевше, поклонимся святому Господу Иисусу, единому безгрешному».

«Кресту Твоему покланяемся, Христе, и святое Воскресение Твое поем и славим».

«Ты бо еси Бог наш; разве Тебе инаго не знаем, имя Твое нарицаем».

«Приидите вси вернии, поклонимся святому Христову Воскресению».

«Се бо прииде Креста ради радость всему миру».

«Всегда благословим Господа; поем Воскресение Его; распятие бо претерпев и смертию смерть разруши».

«Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих, очисти беззаконие мое».

«Наипаче омый мя от беззакония моего, и от греха моего очисти мя; яко беззаконие мое аз знаю, и грех мой пред Тобою есть выну».

«Тебе бо единому согреших и лукавое пред Тобою сотворих, яко да оправдишися во словесех Твоих и победиши внегда судити Ти».

«Се бо в беззакониах зачат есмь и во гресех роди мя мати моя».

«Се бо истину возлюбил еси; безвестная и тайная премудрости Твоея явил ми еси».

«Окропиши мя иссопом, и очищуся, омыеши мя, и паче снега убелюся».

«Слуху моему даси радость и веселие, да возрадуются кости смиренныя».

«Отврати лице Твое от грех моих, и вся беззакония моя очисти».

«Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей».

«Не отвержи мене от лица Твоего и Духа Своего Святаго не отыми от мене».

«Воздаждь ми радость спасения Своего и Духом Владычним утверди мя».

«Научу беззаконныя путем Твоим и нечестивии к Тебе обратятся».

«Избави мя от кровей Боже, Боже спасения моего, возрадуется язык мой правде Твоей».

«Господи, устне мои отверзеши и уста мои возвестят хвалу Твою».

«Яко аще бы восхотел жертвы, дал бых убо, всесозжения не благоволиши».

«Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит».

«Ублажи, Господи, благоволением Твоим Сиона и да созиждутся стены Иерусалимския».

«Тогда благоволиши жертву правде, возношение и все созжегаемая: тогда возложат на олтарь Твой тельца».

«Слава Отцу и Сыну и Святому Духу». И поет: «Молитв ради апостол».

«И ныне и присно и во веки веков, аминь. Молитв ради Богородицы».

Таже говорит, а не поет милостиво: «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по многим щедротам Твоим, очисти беззаконие мое». И поет: «Воскрес Иисус от гроба». Потом иерей, стоя с Евангелием, говорит на запад лицем: «Спаси, Боже, люди Своя»; аще без Евангелия, то говорит в олтарь пред престолом, затворя двери; аще есть диакон, то говорит в церкви пред царскима дверми затворенными. Егда же проговорит все, поет правый лик «Кирие елейсон» трижды, таже левый трижды, потом паки правый трижды, потом паки левый трижды же, итого будет дванадцать; таже иерей возглас, и рекут «Аминь». А диакон кадит по обычаю олтарь и церковь всю. И поет правый лик ирмос, а канархист канархает ирмос; потом на левом запевает: «Докса ти агиа анастаси Кирие», и поет первый стих на ирмос весь, а канархист канархает; потом на правом запевает стихология; и поставят со ирмосом на четырнадцать; по окончании же поет правый лик катавасию «Отверзу уста моя»; а на сходе не поют катавасии николи; и тако поют по всякой песни, а катавасию поделясь по крылосам. Аще ли полиелеос святаго, то по Евангелии, припев «Ис полла эти деспота», то говорит един, а не по крылосам, а иногда и по крылосам, таже «Слава, Молитв ради (имярек)», таже «И ныне», «Богородицы», таже «Помилуй мя, Боже», таже поет стихиру, и канархист канархает; а песни не говорят, егда канон и стихологию поют; по третьей песни по катавасии ектенья, и седален поют, на них сидят; четвертую песнь начинает левый лик и тако поют порядком, якоже и у нас; прочее зри в повседневии. Егда пропоют катавасию по шестой песни, ектения и кондак и икос, и Пролог чтут. По совершении же чтения начинает петь седмую песнь правый лик. Егда же пропоют катавасию осьмой песни, поставляют лампаду пред Патриархом со свещею горящею, и стоит даже до перваго часа. По осьмой песни поют песнь Богородицы, потом девятую песнь и катавасию «Всяк земное» и «Достойно». Егда поют песнь Богородицы, то вси стоят без клобуков, и как пропоют песнь Богородицы, паки клобуки наложат, а на девятой песни стоят в клобуках, а «Достойна» не поют, и абие ектенья; а «Достойно» отнюдь нигде не поют. По ектении «Свят Господь Бог наш» по крылосам трижды; а поп, или диакон отнюдь того не сказывает; таже поют светилен Воскресения на правом крылосе; таже на другом поют другой светилен аще есть, аще ли ни, то «Слава, и ныне» и Богородичен. Потом правый лик поет «Всякое дыxание» сице по строкам на оба лика:

«Всякое дыхание да хвалит Господа. Хвалите Господа с небес, хвалите Его в вышних, Тебе подобает песнь Боже».

«Хвалите Его вси ангели Его, хвалите Его вся силы Его, Тебе подобает песнь, Боже».

Таже Патриарх сошед с места и став среди церкви, помоляся, идет и целует святыя иконы местныя по обе страны, таже на налое; потом, став среди церкви, помоляся, осеняет рукою народ, идет на свое место в кресло; таже идут по единому вси иноцы и миряне от мала до велика и целуют також иконы, последи покланяются мало Патриарху, он же осеняет рукою.

«Хвалите Его, солнце и луна, хвалите Его вся звезды и свет».

«Хвалите Его, небеса небес, и вода яже превыше небес да восхвалят имя Господне».

«Яко Той рече и быша. Той повеле и создашася».

«Постави я в век и век века, повеление положи и не мимоидет».

«Хвалите Господа от земли змиеве, вся бездны, огнь, град, снег, голоть, дух бурен, творящия слово Его».

«Горы и вси холми, древеса плодоносная и вси кедри».

«Зверие и вси скоти, гадие и птицы пернаты».

«Царие земстии и вси людие, князи и вси судии земстии».

«Юноши и девы, старцы со юношами да восхвалят имя Господне, яко вознесеся имя Того единаго».

«Исповедание всем преподобным Его сыновом Израилевым, людем приближающимся Его».

«Воспойте Господеви песнь нову, хваление Его в церкви преподобных».

«Да возвеселится Израиль о сотворшем его, и сынове Сиони возрадуются о Царе своем».

«Да восхвалят имя Его в лице, в тимпане и псалтири да поют Ему».

«Яко благоволит Господь в людех Своих, и вознесет кроткия во спасение».

«Восхвалятся преподобнии во славе и возрадуются на ложах своих».

«Возношения Божия в гортани их, и мечи обоюду остры в руках их».

«Связати царя их путы, и славныя их ручными оковы железными».

«Сотворити в них суд написан, слава си есть всем преподобным Его».

«Хвалите Бога во святых Его, хвалите Его во утверждении силы Его».

«Хвалите Его на силах Его, хвалите Его по премногому величествию Его».

«Хвалите Его во гласе трубнем, хвалите Его во псалтири и гуслех».

«Хвалите Его в тимпане и лице, хвалите Его во струнах и органех».

«Хвалите Его в кимвалех доброгласных, хвалите Его в кимвалех восклицания. Всякое дыхание да хвалит Господа».

Таже поют: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу» и стихиру евангелскую, потом «И ныне», «Преблагословенна еси».

Потом «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение».

«Поем, благословим Тя, кланяем Ти ся, славословим Тя, благодарим Тя великия ради славы Твоея».

«Господи Царю небесный, Боже Отче вседержителю, Господи Сыне единородный Иисусе Христе и Святый Душе».

«Господи Боже, Агнче Божий, Сыне Отеч, вземляй грех мира, приими молитву нашу».

«Седяй одесную Отца, помилуй нас».

«Яко ты еси един Свят, Ты еси един Господь Иисус Христос в славу Богу Отцу, аминь».

«На всяк день благословим Тя и восхвалим имя Твое во век и в век века».

«Сподоби, Господи, в день сей без греха сохранитися нам».

«Благословен еси Господи Боже отец наших, и хвально и прославлено имя Твое во веки, аминь».

«Буди, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя».

«Благословен еси Господи, научи мя оправданием Твоим».

«Благословен еси Господи, научи мя оправданием Твоим».

«Благословен еси Господи, научи мя оправданием Твоим».

«Господи прибежище бысть нам в род и род. Аз рех: Господи, помилуй мя и изцели душу мою, яко согреших к Тебе».

«Господи, к Тебе прибегох, научи мя творити волю Твою, яко Ты еси Бог мой, яко у Тебе источник живота, во свете Твоем узрим свет».

«Пробави милость Твою ведущим Тя».

«Агиос о Феос, Агиос Исхирос, Агиос Афанатос елейсон имас».

«Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас».

«Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас».

«Слава Отцу и Сыну и Святому Духу» поскору говором.

«И ныне и присно и во веки веков, аминь» поскору.

Таже поет: «Святый Безсмертный, помилуй нас».

Таже поет: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас».

Таже тропарь Воскресный говорят поскору наизусть. По сем ектенья, говорит иерей в олтаре в епитрахели без ризы, двери затворя, токмо завесу открыв. «Господи, помилуй» на всякой статье говорят по трижды, а не поют. Потом другая ектенья: «Господи, помилуй» и «Подай, Господи», говорят же вси, а не поют, и по возгласе рекут вси «Аминь»; таже Патриарх «Ирини паси», людие «И духови твоему», иерей «Главы ваша Господеви приклоните», предстоящии же «Си Кирие»; таже Патриарх преклонився мало говорит тайно молитву преклонения, и иерей такожде преклонився. Егда же Патриарх всклонився, иерей всклоняся говорит возглас, людие «Аминь». Таже иерей, отворя двери, обратяся на запад, возгласит: «Софиа», предстоящии «Евлогисон», иерей «Сый благословен»; таже Патриарх говорит: «Утверди, Боже», потом лик правый «Честнейшую херувим», потом левый лик «Слава, и ныне; «Господи, помилуй» дважды, «Господи, благослови»; иерей, проговоря отпуст, затворит двери и завесит, а на крылосе рекше «Аминь», и поют «Тон деспотин ке архиереон имон Кирие филате, ис полла эти деспота» трижды. Потом клирик говорит: «Приидите поклонимся» трижды и прочее; час первый. По «Честнейшую» Патриарх говорит: «Боже, ущедри ны», таже он же: «Христе, свете истинный», потом правый лик поет «Взбранной воеводе», таже левый «Слава, и ныне; Господи, помилуй» дважды, «Господи, благослови»; иерей творит отпуст, стоя пред царскима дверми на запад, а Патриарх, сошед с места, молится на восток, и, осенив народ рукою, идет из церкви; иерей, сложа епитрахель, говорит «Ди евхон ту агиу деспоту имон», и идут вси за Патриархом вон. Аще и полиелеос святому, а кондак «Взбранной» говорят всегда. Егда же праздник Господний или Богородичен, или коему святому великому полиелеос с литиею, то литии у Патриарха на дому на Вечерни у себя николи не поют, ни во иных его монастырех, також и в Волошских его монастырех, но сице: егда возстанут к Заутрени, и поют по обычаю Полунощницу; по первом Трисвятом на Полунощнице говорят тропарь святому, или празднику, а по втором кондаке и «Господи, помилуй» 12; таже канархист канархает по крылосам стихиры на литии, а поют по единому стиху, поделяся по крылосам, також и «Слава, и ныне» по крылосам же, а не на сходе, а каждения не бывает и диакон не облачается отнюдь на таких литиях, и лампад не ставят, якоже у нас среди церкви, но токмо свещи пред местными иконами и пред налоем возжгут и лампаду пред Патриархом поставят. По совершении же свечи погасят и лампаду отнесут. «Спаси, Боже, люди Своя» не говорят; «Владыко многомилостиве» не говорят же, но якоже писано в повседневии. Облачения особеннаго николи не бывает, но токмо в епитрахели поп без диакона. По стихирах Трисвятое, по «Отче наш» и возгласе тропарь: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас» и прочее, якоже в повседневии.

Егда на заутрени пропоют седален по дву кафизмах, и абие псаломщик, который говорит Псалтирь, или иной кто нибудь говорит два псалма на полиелеосе на налое на крылосе, под стеною. А редко бывает, аще случится кто молодой чернец, или мирской ребенок, то говорит среди церкви на восток, или мало отворотяся на церковь; на конце проговорит «Слава, и ныне» без аллилуия; а не поют тех псалмов николи нигде, а величания нету ж нигде, ни избранных псалмов. Таже ектенья малая, и сядут и поют седальны на полиелеосе, а кажения на тех псалмех не бывает же, ни облачения, а сам Патриарх отнюдь не облачается николи, токмо свещи возжигают у местных икон и пред налоем и лампаду пред Патриархом поставят. Пропев седальны, востав поют степенна, один антифон по два стиха, и третий, «Слава, и ныне», таже прокимен и «Всяко дыхание» и прочее. Егда же проговорит иерей, стоя в олтаре в ризах «Спаси Боже люди Своя», таже возглас, и взем кадило кадит олтарь, затворя царския двери, и вышед северными дверми, кадит церковь по обычаю. А на крылосех поют канон.

Егда же иерей окадит и назад в олтарь возвратится, еклесиарх погасит свещи и лампаду отнесет. По осьмой песни «Величит душа моя Господа» поют на каноне Богородичен; на девятой песни кажение. Також и в Волошских монастырях греки полиелеос и литии поют. А в Иерусалиме, где случится храм и Патриарх, где пойдет собором, и поют у праздника Вечерню великую с литиею.

Егда же придет время, иерей, пришед к Патриарху, благословится итти в церковь действовать проскомидию, и целовав у Патриарха руку, идет в церковь. Аще есть диакон, то идет, целовав руку, в церковь вместе с попом, и пришед в церковь, говорят вход, и облачася, действуют проскомидию по чину, и отдействовав ю, покроют, и отпуст творит у жертвенника, и ждут Патриарха. Егда же Патриарх приидет в церковь в манатье, с двоерожным посохом и в клобуке, и став среди церкви помоляся, благословляет рукою народ на две страны, предстоящии же поют краткое «Ис полла эти деспота» однажды; и станет на своем месте под стеною, или сядет, прочии же, которые служат игумены, священницы и диаконы, целуют у Патриарха руку и идут в олтарь облачатися. А среди церкви Патриарху постлан ковер, а на ковре поставлен стул избной, а на стуле постлан ковер же, а подушек на стуле в церкви и в олтари не бывает и орлецов под ногама нету ж ни у кого, токмо на поставлении бывает на листу написан орел, на нем же новопоставленный епископ чтет исповедание. Егда же служити Патриарху, то приходит к церкви с двоерожным посохом в манатьи. Аще и не служит, а если праздник, или Неделя, то приходит к церкви к Вечерни и к Утрени и к Обедни в манатьи с двоерожным посохом; аще ли изволит итти без манатьи, то и посоха двоерожнаго нету, но с простым посохом идет с безрожным; и тако всегда в простые дни: если без манатьи, то и посоха нет двоерожнаго. А к празднику, где пойдет к иной церкви, ино за ним несут манатью и посох двоерожный; и пришед к монастырю, или к церкви, положат на Патриарха манатью и посох поднесут двоерожный, а простой посох отдаст; а как назад пойдет, то сложа манатью и отдав посох двоерожный, идет с простым посохом без манатьи. Егда же служит в великой церкви у Христова Воскресения, то кресла резныя, золочены, а внутрь обиты бархатом. Священницы же, облачася выйдут из церкви, отворя царския двери, а иные северныма и южныма, аще есть; понеже не у всякой церкви южныя двери. Аще есть архиерей, то не исходит в то время из олтаря, но облачася, сидит в олтаре, ожидая времяни. Егда же идут из олтаря, первое архидиакон несет свечу осеняльную, по-грецки трикирий; возжены три свечи на подсвещнице сребряном, а за ним другой диакон с кадилом, а иногда и два с кадилом, потом третий с блюдом великим серебряным, а на блюде шапка патриарша. И вышед священницы, станут среди церкви по обе стороны кресл, а архидиакон и диакони станут по стороне Патриарха, а иной диакон кадит Патриарха; таже Патриарх сходит с места и станет среди церкви с посохом, на востоке, не на ковре, но мало отдався к царским дверем, и творит три поклона обычных, священницы же поют «Тон деспотин ке архиереон имон Кирие филатте, ис полла эти деспота» большим знаменем. Архидиакон же, приступя к Патриарху, глаголя тихо: «Евлогисон деспота», а Патриарх також тихо глаголя в клобуке «Евлогитос о Феос» весь, таже архидиакон говорит «Аминь», «Царю небесный» по «Отче наш», таже Патриарх возглас, архидиакон «Аминь», «Помилуй нас, Господи, помилуй нас», «Слава, Господи, помилуй нас; И ныне; Милосердия двери». Таже Патриарх идет и целует Спасову икону с посохом и в клобуке; глаголя тихо «Пречистому Ти образу», таже целует на другой стране Пречистыя икону, глаголя «Милосердия сущи источник», потом целует и прочия иконы местныя, а по всей церкви не ходит целовать икон. Архидиакон же, близко пред Патриархом, или по стороне ходит со свечею осеняльною. По целовании же икон возвращается Патриарх назад, и став на предреченном месте, лицем на восток, и мало содвигнув на сторону с главы сукамилавку (на поле помета: клобук с шапкою) и с камилавкою правою рукою, а левою держа посох, и преклонив главу мало, глаголя тихо: «Господи, ниспосли руку Твою от высоты жилища Твоего и укрепи мя к предлежащей службе Твоей» даже до конца. Також и вси служащии в то время, снем сукамилавки (на поле помета: шапки) и преклоня главы, глаголют тоже. Восклоняся, Патриарх оправя на главе камилавку и взем у архидиакона свечу, осеняет на восток, творя крест, таже, обратяся на запад, також творит, потом на юг, потом на север, а в левой руке посох держит, певец же, совершив свое болшое пение, и поют вси краткое «Ис полла эти деспота» однажды, а Патриарх, отдав свечу и посох и став на ковре у стула, складывает с себя камилавку и манатью, и рясу, или шубу, станет, токмо в доломане и в сукамилавке; а в олтаре прощения чинить и крестом благословлять и в жертвенник сосудов целовать и прощения чинить Патриарх не ходит, якоже у нас чин обдержит, и рукою не благословляет, но токмо целуют руку у Патриарха в начале. Архидиакон же, отдав трикирий диакону и взем стихарь, глаголя гласно: «Евлогисон деспота», а Патриарх «Евлогитос о Феос имон пантоте нин» и прочее, архидиакон глаголя тихо «Аминь» и возгласит: «Ту Кириу деифомен» (на поле помета: Господу помолимся) и кладет на Патриарха стихарь, глаголя гласно: «Да возрадуется душа моя о Господе» весь, а диакон кадит, а певец поет ино нечто, таже архидиакон кладет епитрахель, глаголя: «Благословен Бог, изливая благодать Свою на иерея Своя яко миро на главу, сходящее на браду Аароню, сходящее на ометы одежды его»; таже архидиакон опоясует поясом, глаголя: «Благословен Бог препоясавый мя силою, и положи непорочен путь мой, совершая нозе мои яко елени и на высокая поставляяй мя», а диакон на каждом стихе глаголя: «Ту Кириу деифомен» и кадит. Таже поручи, глаголя тоже, якоже и у нас; таже кладет погонатион, по нашему же палица, глаголя: «Препояши оружие твое во бедрие твоем, сильне добротою твоею и красотою твоею и наляцы и успей к Царству истины ради и кротости и правды, и настави мя дивно десница Твоя всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь». Таже прием сакк растеган и положа на Патриарха, паки застегивает рукава и полы, глаголя: «Священницы Твои, Господи, облекутся в правду и преподобнии Твои радостию возрадуются, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь»; а палицу выставливают сквозь сакк наружу; таже полагает омофор, глаголя: «Епи тон омон Христе, тин планифисан арас фисин аналифис то Фео ке Патри просигагес нин, ке аи ке ис тус еонас тон еонон» (на рамех, Христе, заблудшее взем естество, вознесшись, Богу и Отцу привел еси, ныне и присно и во веки веков), архидиакон же говорит «Аминь»; таже сверх омофора положат крест от драгих камней в злате, и чепь златая, и панагию в злате, драгия камения, чепь златая же, глаголя: «Отрыгну сердце мое слово благо, глаголю аз дела твоя цареви, язык твой трость книжника скорописца, красен добротою паче сынов человеческих, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь». Александрийской же тот стих говорит ко кресту единому, понеже полагают на него крест с панагиею порознь, а Иерусалимской вкупе за единым стихом. После креста Александрийской кдадет панагию, глаголя: «Сердце чисто сочижди мене Боже, и дух прав обнови во утробе моей, всегда, ныне и присно и во веки». Потом кладут шапку, глаголя: «Господь воцарися, в лепоту облечеся, облечеся Господь в силу и препоясася; ибо утверди вселенную, иже не подвижится, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь». Таже Александрийской полагая кундуры (на поле помета: башмаки, на нихже вышиты золотом орлы), глаголет: «Яко красны ноги благовествующих мир, благовествующих благая, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь». Антиохийской же, полагая кундуры, глаголет: «Се дах вам власть наступать на змию и скорпию и на всю силу вражию, и ничесоже вас вредит, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь». Александрийскому же после кундур поднесет архидиакон трикирий, глаголя: «Да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят добрыя ваша дела и прославят Отца вашего, иже на небесех, всегда, ныне, и присно и во веки веков, аминь». А у Иерусалимскаго кундуры во облачении не применяют, но в которых придет, в тех и служит: сказывают, издавна так. А Александрийской нынешний учинил, смотря на Антиохийскаго, а в прежних того не было чина; а Антиохийской, сказывают, издавна тот чин имать. А над стихарем параманда со крестом и панагии и набедреннаго сулка и ручнаго нету ни у котораго Патриарха, ни у прочих властей (на поле помета: но вместо панагии енколинон); Александрийской же сверх сакка полагает на себя другую епитрахель нарядную. Егда же на Патриарха наложат шапку, тогда сядет на своем стуле, ожидая конца пению. По совершении же того пения певец поет паки большое «Тон деспотин ке архиереон инон Кирие филатте, ис полла эти деспота», а диакон взем блюдо и рукомой с водою, а на плечах полотенце положено накрест, сиречь правый конец на левую страну переложен, а левой на правую, и подносит к Патриарху, и тако умывает Патриарх руки, и взем сам полотенца один конец и обтирает, или архидиакон один конец подает полотенца, а не все; а власти и священницы, якоже у нас чин, не подносит николи. Таже Патриарх востанет, а архидиакон подносит трикирий возженну Патриарху, глаголя гласно: «Да просветится свет ваш пред человеки» и прочее; и взем Патриарх у архидиакона свечу, осеняет обеима руками, творя крест, преж на восток, таже на запад, потом на юг, потом на север, и отдаст свечу; певец же на осенении совершит большое «Тон деспотин», а поют вся краткое «Ис полла эти деспота» однажды. Таже, аще есть ин архиерей, посылает Патриарх архидиакона, или диакона звать их. Егда же выдут и станут по обычаю и преклонят вси главы к Патриарху, глаголя архидиакон: «Время послужити Господеви; Благослови, владыко», а Патриарх говорит: «Благословен Бог наш» и прочее, и отпущает иереев в олтарь, а архиереев оставляет при себе. Аще ли нет архиереев, то оставляет при себе иереев, а в олтарь отпускает единаго, или двух, кому действовать Литургию, а диакони вси стоят при Патриархе. Таже архидиакон, отступя от Патриарха к царским дверем, и возгласит: «Евлогисон деспота», а начальной поп в олтари, став против престола и взяв Евангелие, и творит на престоле Евангелием крест, глаголя велегласно: «Евлогимени и василиа ту Патрос ке ту Виу ке ту Агиу Пневматос, нин ке аи ке ис тус еонас тон еонон» (благословено Царство Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков); людие же вси молвят «Аминь». Архидиакон же, или диакон говорит ектению, а людие говорят: «Господи, помилуй», а не поют нигде николи; Патриарх же, взем служебник, говорит молитву; егда же диакон молвит: «Христу Богу предадим», людие вси говорят: «Си Кирие»; таже возглас говорит поп, который начало творил, а людие «Аминь». Зде отнюдь ни в коем месте не слыхали есмы, чтоб пели «Господи, помилуй» и на прочих ектениях, но везде говором говорят лики и вси предстоящии; диакони же вси стоят при Патриархе и говорят ектении пременяяся и паки ставятся при Патриархе, а в олтарь не входят. Таже на правом крылосе поет клирик един по стихам на оба лика, якоже зде писано, пропоют токмо един стих, прочии же по скору на оба лика сице.

«Благослови душе моя Господа, благословен еси Господи. Благослови душе моя Господа и вся внутренняя моя имя святое Его».

«Благослови душе моя Господа и не забывай всех воздаяний Его».

«Очищающаго вся беззакония твоя, изцеляющаго вся недуги твоя».

«Избавляющаго от истления живот твой, венчающаго тя милостию и щедротами».

«Исполняющаго во благих желание твое, обновится яко орля юность твоя».

«Творяй милостыню Господь и судьбу всем обидимым».

«Сказа пути своя Моисеови, сыновом Израилевым хотения Своя».

«Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив».

«Не до конца прогневается, ни во век враждует».

«Не по беззакониям нашим сотворил есть нам, не по грехом нашим воздал есть нам».

«Яко высоте небесней от земли утвердил есть Господь милость Свою на боящихся Его».

«Елико отстоят востоцы от запад, удалил есть от нас беззакония наша».

«Якоже щедрит отец сыны, ущедрит Господь боящихся Его».

«Яко Той позна созданье наше, помяну, яко перст есмы».

«Человек яко трава, дние его яко цвет сельный, тако отцветет».

«Яко дух пройдет в нем, и не будет, и не познает ктому места своего».

«Милость же Господня от века и до века на боящихся Его».

«И правда Его на сынех сынов, хранящих завет Его и помнящих заповеди Его творити я».

«Господь на небеси уготова престол Свой, и царство Его всеми обладает».

«Благословите Господа вси ангели Его, сильнии крепостию, творящии слово Его, услышати глас словес Его».

«Благословите Господа вся силы Его, слуги Его, творящии волю Его».

«Благословите Господа вся дела Его на всяком месте владычествия Его».

Таже поет правой лик: «Благослови душе моя Господа и вся внутренняя моя имя святое Его. Благословен еси Господи».

Таже ектенья, таже «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. Хвали душе моя Господа, восхвалю Господа в животе моем, пою Богу моему дондеже есмь».

Таже ектенья, таже «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. Хвали душе моя Господа, восхвалю Господа в животе моем, пою Богу моему дондеже есмь».

«Не надейтеся на князя, на сыны человеческия, в них же несть спасения».

«Изыдет дух его и возвратится в землю свою, в той день погибнут вся помышления его».

«Блажен, емуже Бог Иаковль помощник его, упование его на Господа Бога своего».

«Сотворшаго небо и землю, море и вся, яже в них».

«Господь решит окованныя, Господь умудряет слепцы, Господь возводит низверженныя, Господь любит праведники, Господь хранит пришельца, сира и вдову приимет и путь грешных погубит».

«Воцарится Господь во веки Бог твой, Сионе, в род и род».

Таже поет «И ныне», «Единородный Сыне», таже ектенья; и отпускает Патриарх всех в олтарь попов и диаконов, токмо архиереи, аще есть, останутся при Патриархе, аще ни, то един останется. И начинает правой лик: «Во Царствии си егда приидеши, помяни мя Господи. Блажени нищии духом, яко тех есть Царство небесное».

«Блажени плачущии, яко тии утешатся».

«Блажени кротцыи, яко тии наследят землю».

«Блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся».

«Блажени милостивии, яко тии помиловани будут».

«Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят».

«Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся».

«Блажени изгнани правды ради, яко тех есть Царство небесное».

«Блажени есте егда поносят вами, и изженут вы, и рекут всяк зол глагол, на вы лжуще».

«Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех».

«Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. И ныне и присно и во веки веков, аминь».

И поют блаженна с припевами сими. Егда же поют блаженна, идут из олтаря, и пред ними идет прежде с посохом патриаршим, на нем ширинка, таже две лампады, сиречь подсвечники со свещами, потом диакон со свещею осеняльною, таже с кадилом, потом с Евангелием, таже священницы идут, и обшед около Патриарха, станут вкруг его. Егда же поют на блаженнах «Славу», приклонят вси главы и Патриарх, архидиакон же говорит потиху «Господу помолимся», а Патриарх говорит молитву входа тайно «Владыко Господи Боже наш»; по скончании же архидиакон всклонясь говорит «Аминь», указуя рукою в олтарь, глаголя: «Благослови, владыко, вход святый», и подносит к Патриарху Евангелие; Патриарх же прием посреди правою рукою глаголя: «Благословен вход святых Твоих», и целует Евангелие, архидиакон же ту руку патриаршу, что у Евангелия, целует, глаголя: «Аминь». А по нашему чину архидиакона рукою не благословляет. Архидиакон же, обратився ко олтарю, стоит, ожидая конца блаженнам; егда же скончают, возгласит: «Софиа орфи» и стоит, а Патриарх прием свечу у диакона, и поет со всеми служащими: «Приидите поклонимся и припадем Христу; Спаси нас Сыне Божий; Во святых дивен Сый поющих Ти аллилуиа» однажды. Егда ж запоет Патриарх «Поющих Ти; Аллилуиа», и абие осеняет обеима руками, правою держа свечу, и осенив на восток, и на запад, и на юг, и на север, и идет в олтарь в шапке; архидиакон же пред ним идет; егда же войдет Патриарх в царския двери, запоют священницы служащии: «Спаси нас, Сыне Божий, во святых дивен сый поющих Ти; Аллилуиа» однажды. Патриарх же вшед в олтарь, отдаст свечу и прием кадило и кадит престол и жертвенник в шапке ж, а служащии идут вси около престола после Патриарха и поют втретие «Спаси нас, Сыне Божий» по-прежнему. Архидиакон же ходит пред Патриархом со свечею осеняльною; священницы же обшед престол, станут по обе стороны престола и поют поскору тропарь и кондак, коликой будет. А Патриарх, стоя в дверех, кадит местные образы на южной стране, таже на северной, потом на церковь на южную страну, потом на северную и на запад, и обратився покадит престол и служащих и отдаст кадило. Таже архидиакон возгласит: «Ту Кириу деифомен»; людие же вси «Кирие елейсон». А Патриарх, стоя пред престолом на восток лицем, говорит возглас Трисвятаго, таже архидиакон возгласит: «Ке ис тус фонас тон еонон». А Патриарх, не сходя с места, но мало отворотяся на право на церковь, рукою осенит однажды поскору; таже правый лик поет «Аминь; Святый Боже» все, таже левой також, а Патриарх говорит молитву; таже прием свечу, стоя близко престола, и поставя свечу на Евангелии на верхнем крае, а Евангелие лежит верх антиминса, и поет со всеми: «Святый Боже» и поклонит свечу на восток, таже поставит свечу на нижнем краю Евангелия и поет: «Святый Крепкий», и поклонит свечу на восток же, таже поставит свечу среди Евангелия у кореня, сиречь на десной стране и поет: «Святый Безсмертный» и поклонит свечу такожде на восток, потом поставит свечу посреди на крае Евангелия у образа, сиречь на левой стране, и поет: «Помилуй нас», и поклонит свечу по-прежнему, и сице творит крест на Евангелии свечею, а Евангелие лежит, а не подымают, якоже у нас. Таже поют в церкви на правом крылосе «Святый Боже» все, таже Патриарх паки поет «Святый Боже» со осенением по-прежнему; таже архидиакон возгласит: «Евлогисон деспота, то Кирио докса» (Благослови, владыко; Господу слава). А в церкви левой лик говорит говором, а не поет: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», таже правой також «И ныне и присно и во веки веков, аминь», таже левой поет: «Святый Безмертный, помилуй нас». Таже Патриарх обращся на запад, став в царских дверех на прагу, держа руце на церковь благословенныя, в правой же свечу, поддерживаемый же двема диаконы, служащии же поют большое «Святый Боже»; внегда же допевают, Патриарх осеняет впрямь на запад обеима рукама, творя крест, сиречь правою рукою на лево, а левою на право, глаголя тихо: «Господи, призри с небесе и виждь»; таже поют: «Святый Крепкий», а Патриарх стоит, паки простерши руце на церковь; егда ж то допевают, осеняет по-прежнему на юг, сиречь на правой крылос, глаголя: «И посети виноград сей»; таже поют: «Святый Безсмертный, помилуй нас»; егда ж и то допевают, Патриарх осеняет також на левой крылос, глаголя: «И утверди и его же насади десница Твоя», и обращся к престолу отдаст свечу, а особно, якож у нас, не благословляет государя и государыню; в Волохах будучи, но всю церковь вообще; а лик правой поет «Святый Боже» все. По совершении же Патриарх сядет на стул пред престолом, на запад лицем, или идет на горнее место; архидиакон же, держа осеняльную свечу правою рукою и став в царских дверех мало к стороне, возгласит: «Кирие сосон тус евсевис» (на поле по словенски: «Господи, спаси благочестивыя»); служащии же поют правой лик ту же речь пением, таже архидиакон паки возгласит, а служащии левой лик тоже поют; потом архидиакон возгласит «Ке епакусон имас» (на поле: и услыши ны); и абие в церкви на правом крылосе поют тож пением, таже чтет архидиакон: «Паисиу ту макариотату ке макариотату Патрос имон ке Патриарху тис агиас полеос Иерусалим ке пасис Палестины, Сирие, Аравие пер ту Иордану Кана тис Галилеас ке агиас Сион полла та эти».

Служащии же правой лик поют пением тож, таже другой лик тож поет, таже в церкви поют тож правой, потом левой лик. Таже архидиакон чтет: Иоанн, Матфей воевода: «Ту евсевестату ке еклампротату авфентос ке игемонос пасис Унгровлахиас полла та эти» (благочестивейшаго и светлейшаго повелителя и игемона всея Унгровлахии на многая лета). Таже поют в олтаре и в церкви на оба лика, якож и Патриарху. Таже архидиакон чтет Стефан митрополит: «Тис агиотатис митрополеос Унгровлахиас ипертиму ке екзарху плагинон полла та эти» (Святейшаго митрополита Унгровлахии, всечестнейшаго и экзарха окрестных стран на многая лета). А поют також, якож и Патриарху. Потом архидиакон «Просхомен, Софиа, просхомен» (на поле по-словенски: вонмем, Премудрость, вонмем), а чтец проговорит прокимен однажды и стих, а на крылосе не поют; таже архидиакон: «Софиа», а чтец скажет оглавление Апостола, архидиакон: «Просхомен — вонмем», а чтец чтет Апостол по-гречески, поскору, а не продолжно; на Апостоле Патриарх сдаст с себя омофор, архидиакон взем и положит у себя на левом плече концами назад себя и тако с ним Евангелие чтет и ектенью говорит. Аще есть епископ с ним, или митрополит, також диакон его снимает с него омофор и носит такожде на плече, якож и архидиакон. А шапки на Иерусалимских митрополитех нету ни на одном, и сакка при Патриархе не носят, но фелонь; аще без Патриарха служит, то в сакку; а шапки носить не должно ни единому, а на едине Патриархе, и на апостоле сидит, прочии же вси стоят, а иногда стоит и Патриарх на Апостоле. Во Египте и в Иерусалиме у Патриархов по прочтении Апостола другой чтец, став на том же месте на запад лицем, скажет оглавление Апостола, а архидиакон паки возгласит: «Софиа, просхомен», а чтец чтет Апостол арабским языком. По прочтении же того Апостола Патриарх молвит негласно добре: «Ирини си» (мир ти), а чтец: «И духови твоему», таже архидиакон: «Премудрость, вонмем», а чтец псалом Давидов, «Аллилуиа» и идет на свое место, и абие на левом певец поет аллилуиа трижды, а на другом не поют николи, но на единем. Егда ж поют аллилуиа, архидиакон кадит олтарь и на церковь, а Патриарх востанет и стоит пред престолом, на запад лицем, а стулы отнесут. Аще есть горнее место в Иерусалиме, то по обычаю отходит на Апостоле на горнее место и тамо на Апостоле сидит, а на Евангелии стоит на горнем месте, а иногда стоит пред престолом в шапке на Апостоле. Служащии же власти и священницы, якож у нас, не ходят на горнем месте целовать у Патриарха палицу, еже есть погонатион. А как Патриарх стоит пред престолом и идет на горнее место, власти и священницы престола не целуют, и идут койждо ко своей стране, на которой стоят, и станет от горняго места на тойже стране, где стоят, а около престола не обходят на ину страну, якож у нас чин. По прочтении же Апостола креста целовать не носят к Патриарху и ни к кому. По каждении же архидиакон взем Евангелие и пришед к Патриарху, преклонив главу, глаголя тихо: «Багослови, владыко благовестити» и прочее все даже до конца; а по нашему звычаю пред престолом стоя великим гласом не гласит. Патриарх же положив ему на главу правую свою руку дланью, глаголет тихо: «Бог за молитв святаго славнаго» и прочее, архидиакон же всклоняся речет: «Аминь», и целует руку у Патриарха лежащую на главе его и идет царскима дверми в церковь, а у Александрийскаго — северными. Другий же диакон говорит: «Премудрость, прости» и прочее, таже Патриарх: «Ирини паси», предстоящий же: «Ке то пневмати су»; таже архидиакон став на месте, на восток лицем, возглашает: «Ек ту ката Лука агиу Евангелиу то анагносма» (от Луки святаго Евангелия чтение); предстоящии же говорят вси: «Докса Си Кирие, докса Си» (слава Тебе, Господи, слава Тебе), а не поют нигде николи; диакон в олтаре возгласит: «Просхомен», и чтет архидиакон Евангелие по грецки на налое. Патриарх на Евангелии стоит в шапке, а по нашему обычаю диакони шапок не держат пред Патриархом; амвона отнюдь нигде нету и наших зазирают, что церковь всю заслонили от того: и образы и престол и царския двери и всю красоту отняли, а у них есть амвоны старинные подле стены на стране высоко, також и в церкви Воскресения Христова. Егда ж архидиакон прочтет Евангелие и идет в олтарь, а другой диакон идет на тож место с другим Евангелием, и также «Премудрость, прости» в олтаре диакон таже хотяй чести скажет оглавление и прочее, и чтет Евангелие по арабски. Аще же диакона нету, коему чести по арабски, то поп став в царских дверех на пороге на запад и чтет по арабски Евангелие на налое, також и у Александрийскаго; а в дому у Патриарха чтут все по гречески, а по арабски не умеют. По прочтении же предстоящии вси возгласят: «Ис полла эти деспота», а Патриарх став в царских дверех, взем в правую руку свечу и станет обеима рукама, творя крест прежде на запад, таже на южную страну, потом на северную, и отдав свечу, станет пред престолом на восток. Архидиакон же вышед из олтаря, держа омофор на плече, говорит: «Рцем вси от всея души и от всего помышления рцем» и прочая, «Господи, помилуй» говорят на всякой статье по трижды, а не поют нигде сугубых ектений; тутож на последи прибавляют ектенью за живых и поминают кого хотят в слух; таж говорят и за упокой ектенью и кого хочет поминает; и тако по вся дни, аще и Неделя, или праздник, и на Рождество и на Крещение неизменно всегда за упокой говорят ектенью. Таже Патриарх говорит возглас рядовой только, а за упокой возгласа нету. Таже архидиакон идет в олтарь, а другой диакон, вышед говорит: «Помолитеся, оглашеннии, ко Господу», а лики и предстоящии «Господи, помилуй» говорят же, а не поют. Егда же говорят, «Да и тии с нами славят», и абие Патриарх взем Евангелие с антиминса, и поставит выше антиминса и распростирает антиминс. Таже диакон говорит иной, или тот же: «Елико от оглашенных изыдите» и прочая. Возглас: «Яко да под державою Твоею» говорит Патриарх, стоя на восток лицем, и мало отворотяся, не отходя от престола рукою осенит на церковь поскору, а к царским дверем не приходит, и на церковь, или государя по нашему чину не благословляет. Лики же: «Аминь». И поет лик: «Иже Херувимы» а на конец «Аллилуиа» трижды. И проговоря молитву, взем кадило, кадит престол и жертвенник и на церковь; таже отдав кадило, умывает руки; рукомой подносит диакон служащий, аще есть ставленник, то он подносит; власти и священницы полотенца Патриарху на руки не подают, но сам Патриарх взимает у диакона на рамо обложимо, или архидиакон один конец подает. Умыв руки, воды не благословляет и молитвы не говорит, и обмоча перстов, по нашему обычаю, по лицу и по очима тою водою не помазует, и на переносе тоя воды и по переносе по народу по всей церкви не носят, но шед диакон выльет попросту. Таже положат на Патриарха омофор вдвое сложен, и помоляся у престола, идет к жертвеннику, и покадив жертвенник и помоляся, целует якож пред, «Верую» трижды, и взем воздух, положит на архидиакона, таже взем копье в правую руку, а в левую просфиру, или часть выняту из просфиры и вскрыв покровец мало на дискосе, искрашивает маленькими крохотками копьем из просфиры на дискосе во омофоре и в шапке: и поминает Патриарх царей и государей и кого хощет живых, потом мертвых. Таже приходят инии в олтарь иноцы и миряне мнози, кто хочет, и приступя почитают сами имена живых и мертвых, а Патриарх без престания искрашивает, а говорит токмо: «Мнисфе, Кирие» (помяни, Господи). По совершении же, отложив копье и хлеб, из чего вынимал, и взем дискос покрыт, подает архидиакону на главу, а потир первому иерею, а иному лжицу, иному копье, прочии же взимают кресты; аще кто не имать креста, то служебник свой несет; таже сымут с Патриарха омофор и дадут священнику. Аще есть митрополит, или епископ с Патриархом, то и с него сымают омофор и дают другому священнику. И отпустя, Патриарх став в царских дверех в шапке. На перенос шапки не носят, и преднесут посох ширинкою робенок в стихаре, а иногда и без стихаря, кто ни случится молодой робенок; а своих подьяконов нету; таже со двема подсвещники, потом со свечею осеняльною диакон, таже другой с кадилом, или два и три, таже архидиакон с дискосом, по нем иерей с потиром; декабря в 6-й день после потира Евангелие несли, таже омофор; а на Рождество Христово после потира омофор Патриархов, таже епископов, а Евангелие не несли; потом кресты и лжицу и копье; а певец, который пел «Иже Херувимы», в то время престанет. Иноцы же вси преклонят главы, снем клобуки с шапками, и стоят тако преклонився, даже прейдут вси в олтарь; миряне же снимают шапки и чалмы, також преклонятся, а инии на колена припадут, а не лежат на земли якож у нас. Егда же архидиакон несет дискос, а иерей потир, и идучи говорят: «Всех вас да помянет Господь Бог», идут не оборачиваяся ни на лево, ни на право, ни к Патриарху, ни государю, но идет просто путем своим правым, якож подабает царю итти, не склоняяся ни на лево, ни на десно, понеже царя, и не просто царя, но и Бога несет. Подобает ему итти со страхом, не угождая тленному и смертному человеку, но идет царским путем, якобы егда царь идет, то не он к людям оборачивается туда, да сюда, но люди сами вси заходят к нему и зрят, кланяются ему и стоят около его со страхом и зрят на него с трепетом и с благоговением; не угождения бо ради человека сия служба учинена, но воспоминается Тайна Христова великая за нас к Богу приносима бывает. И то не вси тако чинят, а иныя також якож и у нас оборачиваяся идут и в том или ином якобы угождая. И пришед с посохом и с лампадами, станут по странам царских дверей, а со свечею осеняльною и с кадилом пройдут в олтарь. Егда же придут с дискосом, Патриарх покадя, станет на праге и, отдав кадило, поклонится и, поцеловав, приимает дискос и поставит на престоле. Аще есть епископ, или митрополит, дает дискос епископу; он же приим, поставляет на престоле; а Патриарх взем кадило, кадит потир, и отдав кадило, поклоняся прием потир, и поцеловав и шед, поставит на престоле. А иногда дискос и потир, вышед из олтаря и отступя с полсажени, принимает святыню, а приняв, не говорят ничего никому ни государю, ни Патриарху: «Да помянет Господь Бог»; но приняв так и понесет молча, и поставя на престоле, покровцы откладывает. А егда после потира священник войдет в олтарь с омофором патриаршим и отдаст архидиакону, а епископовы омофоры принимает диакон. И полагают по прежнему на плеча свои, а по нашему в дверех омофора на Патриарха не полагают. А у Александрийскаго Патриарха позади потира подьяки в стихарях препоясаны уларями, или поясы несли рипиды потрясаючи, а напреди несли робята в стихарях три креста невелики, насаждены на древах; також и у Иерусалимскаго, егда служил в великой церкви Воскресения Христова, воздух взем у архидиакона подают чрез Патриарха, и тако Патриарх прием покроет святыню; и преклонят вси главы ко Патриарху, а Патриарх осенит рукою их и стоит, ожидая конца пению «Иже Херувимы». Егда же совершат, взем свещу и обратяся на церковь, став на праге, осеняет, якоже писано во Евангелии; в церкви вси поют краткое: «Ис полла эти деспота» однажды; а царских дверей не затворяют по переносе даров и до отпусту. Потом ектенью говорит дьякон вышед северныма дверми, потом Патриарх возглас, людие — «Аминь», таже Патриарх «Мир всем», людие «И духови твоему», дьякон «Возлюбим друг друга», лики же и предстоящии вси говорят: «Отца и Сына», а не поют; таже Патриарх покланяется трижды, глаголя трижды: «Возлюблю Тя Господи, крепосте моя» весь, таже целует дискос и потир сверх воздуха, таже и край престола, и отворотясь лицем на север, а правым боком станет к углу престола, положа руку правую на край престола, и идут вси с южной страны порядком, целуют святыню також, яко и Патриарх, потом целуют в левое плечо Патриарха, потом в правое, таже руку лежащую на краю престола и идут за Патриархом на северную страну, и ставятся порядком и целуются меж себя в плечо и в другое. А в шапку Патриарха не целуют и во уста никто ни с кем не целуется ни архиереи, ни иноцы, егда сойдутся меж себя, ниже на Пасху; а диаконы також целуются меж себя, прежде уларь свой, таже в плечо и в другое. Егдаж диакон возгласит: «Двери, двери», тогда взем воздух воздвизают выспрь и держат распростерши над святынею, а Патриарх мало преклонится под воздух, и говорит потиху: «Верую во единаго Бога», и потрясают воздух, яко бы от страха руки трепещут. А в церкви кто начальной человек читает вслух: «Верую во единаго Бога», прочии же молчком говорят. Егда же диакон говорит: «Станем добре», лики же и предстоящии вси говорят: «Милость мира жертва и пение», а пением николи не поют; таже Патриарх говорит: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа», лики же и вси людие говорят: «И со духом твоим»; таже Патриарх «Горе имеем сердца», людие же «Имамы ко Господу», таже Патриарх «Благодарим Господа», людие же «Достойно и праведно»; а не поют николи, ни при Патриархе, такоже и у Александрийскаго. Егда же говорит Патриарх: «Победную песнь», лики говорят: «Свят, свят, свят» и прочее, а не поют даже до «Достойна» ничего. Егда же Василиева служба, то «Свят, свят, свят» и дважды «Аминь» поют. Егда же говорят: «Победную песнь», диакон взем звезду не складывая, и тако приклоняет над дискосом, притычет звездою концами, который конец на котором краю стоят, и тем к краю притычет концем звезды, творя крест, а не ударяют в дискос, якоже нецыи у нас чинят, сложа звезду. И тако диакон сложа звезду полагает. Егда Патриарх служил с митрополитом Мунтьянским, то «Приимите и ядите», и «Пийте от нея», и «Твоя от Твоих» велел Патриарх говорить митрополиту; а в иной праздник служил, ино «Приимите и ядите» и «Пийте от нея» Патриарх говорил, а «Твоя от Твоих», велел митрополиту говорить. Егда же Патриарх говорит «Твоя от Твоих», архидиакон вземлет левою рукою потир снизу, а правою дискос и движет та. Аще поп един служит, то сам то чинит; аще два диакона, то един с правой страны Патриарха стоя, и движет дискос, а который стоит с левой страны Патриарха, той движет потир. Таже положили на Патриарха омофор вдвое, и тако молится, глаголя: «Господи, иже Пресвятый Свой Дух» в шапке и во омофоре; потом шапку снял и благословлял святыню Патриарх по чину, якож и у нас без шапки во омофоре. По благословении же паки с Патриарха сняли омофор, а шапку положили. На «Изрядном» кадит Патриарх токмо спреди престола однажды и с кадилом говорил: «Изрядно о Пресвятей» без омофора, в шапке, а руце горе не воздел и проговоря, кадило отдал диакону; диакон же прием кадило, кадит престол и жертвенник и служащих, а иногда и не кадит. Таже в церкви лик правой поет: «Аксион естин» (Достойно есть). Иноцы снимают камилавки и стоят в сукамилавках даже до конца «Достойна»; поклона земнаго отнюдь нигде у греков не бывает ни на «Изрядном», ни на конце «Достойна». По совершении же архидиакон кличет, став близко дверей: «Ке о екастос ката дианиа ехи ке пантон ке пасон» (каждый да помянет и всех и вся); лики же поют: «Ке пантон ке пасон». Таже Патриарх говорит: «Мнисфити Кирие пасис епископис орфодоксон тон орфотомунтон тон логон Тис алифиас» (помяни, Господи, всякое епископство православных право правящих слово Твоея истины). А «В первых помяни, Господи, Патриарха» вси не говорят николи. Прочии же вси служащии говорят: «В первых помяни, Господи», своего Патриарха поминают, и тако вси рядом даже до последняго обойдутся. Таже архидиакон, став близко царских дверей, чтет фими (поминание); по совершении же фими поют паки в церкви: «Ке пантон ке пасон». Таже Патриарх возглас: «И даждь нам едиными усты и единым сердцем славити и воспевати», предстоящии же вси рекут «Аминь», и обращен мало на церковь к царским дверем не приближаяся, осеняет издалека от престола рукою поскору, глаголя: «И да будут милости великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа со всеми вами», предстоящии же вси рекут: «И со духом твоим»; таже диакон выйдет северными, или южными дверми, став на обычном месте, говорит: «Вся святыя помянувше» и прочая. «Господи, помилуй» и «Подай, Господи» говорят, а не поют. По совершении же говорит Патриарх возглас: «И сподоби нас, Владыко, со дерзновением»; потом говорит тайно «Отче наш». В то время на церкви кто честнее говорит «Отче наш» вслух, прочии же молчком говорят; таже Патриарх возглас, предстоящии же «Аминь»; таже Патриарх «Ирини паси», предстоящии же «Ке мета ту пневматос су» (и духови твоему); таже диакон «Главы ваша Господеви преклоните», предстоящии же «Си Кирие»; и глаголет Патриарх молитву, таже возглас: «Благодатию и щедротами», людие же «Аминь»; а Патриарх говорит молитву. Таже положат на Патриарха омофор вдвое и тако Патриарх в омофоре и в шапке молится, творя три поклона, и потом шапку соймут, и приимается святому хлебу во омофоре без шапки; диакон же, иже стоит в церкви, узрев то, преклонится до пояса, препоясався уларем, возгласит: «Вонмем», а Патриарх, воздвигнув святый хлеб, глаголя: «Святая святым»; иноцы же и миряне вси выступя из мест своих, преклонятся, иноцы снем камилавки и с сукамилавками, миряне же шапки и чалмы, глаголюще: «Един свят, един Господь Иисус Христос в славу Богу Отцу, аминь». Таже поют причастен; и поставят подсвечник со свещею пред царскима дверми.

Арсений выспрашивал Паисия Патриарха, как он раздробит Агнецы, которую часть положит в потир, и от которой сам причащается, и Патриарх вопросил Арсения: скажи, как то у вас чинят; и Арсений говорил: у нас сице: прежде разломит Агнец на двое и которую половину держит левого рукою, ту отложит на страну, а что в правой, и то разломит на двое же, и что в правой руке часть, иже написано «Iсг», то положит вверху, еже есть на востоце; а что в левой часть, на нейже написано «Хсг», то положит внизу, еже есть на запад, и взем другую половину и разломив на двое, и часть, еже писано «Ни» положит на полунощной стране, а «Ка» положит с полуденной страны, и тако будет положено крестообразно; и взем часть, еже писано «Iсг», положит в потир, а причащается сам и прочим подает от части, еже писано «Хсг». И Патриарх сказал: добро у вас так. И помолчав говорит Арсению: то есть все едино Тело Христово, ни которая часть ни которой не менши и не болши, которую хочь, ту и положишь, в том не будет спору, как кто хочет. А Иерусалимской Патриарх не раздробляет тоя части на мелко, от которой сам причащается, но мало от нея ущипнет, и тем сам причащается. Егда же подает прочим, то взем тоя часть и держит левою рукою, а правою ущипывает по малу и подает, а что от нея останется, тут же положит на дискос. А у нас ту часть раздробит без остатку всю, служащим раздает. Егда же Патриарх раздробив Агнец и исполнив чашу, и взем от преждереченныя части себе малую часть, и поклоняется на обе страны, глаголя краткое прощение, а особнаго прощения друг с другом нету, якож у нас, ниже общаго, и причащается Телу, и прием потир, причащается от потира, трижды приимет, глаголя первое «Во имя Отца», второе приимет «И Сына», третие приимет, глаголя «И Святаго Духа, ныне и присно» и прочая, а в Белоруссии единова приимет. Таже положат на Патриарха шапку, а омофор соймут. Потом подает Тело Христово всем служащим, или и не служащим с левой руки своей, а у Агнца то будет правая рука, понеже Агнец лежит лицем на запад. И приняв, каждый отходит на свое место к престолу и снедает. Егда же всем служащим попом и диаконом подает, вземлет потир и мало обратився к полуденной стране, подает из потира каждому трижды, глаголя на конце: «Ис то онома ту Патрос ке ту Виу ке ту Агиу Пневмати нин ке аи ке ис тус еонас тон онон, амин».

В то же время случилось в Вифлееме на Рождество Христово после служащих попов ин поп надел на себя епитрахель и приступил к Патриарху; Патриарх поставя потир и взем с дискоса малую часть Тела Христова от преждереченныя части и дал ему, он же взем, съел; таже Патриарх взял потир и дал ему из потира, якож и прочим служащим. Потом стал давать из потира диаконом; егда же всем подал, поставил потир на престоле. Архидиакон же приступя, складает остаточныя части Агнцовы в потир все, а прочия оставил на дискосе, понеже были причастницы. Таже архидиакон, по приказу Патриаршу, прибавил вина в потир для причастников и покрыл. Аще же причастников нету, то все части и прочая складывает в потир и обметает губкою начисто. А Патриарх в то время приимает антидора и запивает вином, вместо нашего таже умывает руки сидя, или стоя.

А во Египте сентября в 14 день Патриарх служил и ему вместо укропу поднесли чашу велику воды, или щербету, того неведомо, а мню щербету, понеже такими чашами он везде щербет пьет. Патриарх же пил не мало и отнюдь, и то того ради, понеже в Мисире жарко и он вздушился от службы. А как Патриарх Иерусалимской причастие подавал, и кто причастяся Крови Христовой отшед, и тотчас разоблачается, не дожидая конца службы, такоже и у Александрийскаго. А как Патриарх пойдет из олтаря, то и все разоблачатся попы и диаконы; а ко отпусту с Патриархом станут диакона два, или един, а иногда и единаго нет, токмо един Патриарх. Егда же Патриарх умоет руки, и став пред престолом и взем потир, подает архидиакону. Архидиакон же прием потир и став в царских дверех на запад лицем возгласит: «Со страхом Божиим и верою приступите». Таже архидиакон обращься, поставляет на престол потир. Егда диакон или иерей молвит: «Со страхом Божиим», то станет держа потир прямо на запад, а не оборачивался на лево и на право, показуючи потир владыке, или государю, забыв страх стоящаго ту владыки смертнаго, понеже Царя небеснаго и Бога держит в руках, безсмертнаго; но токмо став прямо на запад и возгласит: «Со страхом Божиим и верую приступите», яко же возгласит всем вообще, такоже и покажет всем вообще. Людие же вси зряще со страхом яко на Царя, паче же на Бога безсмертнаго, и падут вси на землю; диакон же отворотяся, поставит потир, на престол. А мнози греки говорят: еже показывати потир туда да сюда оборачиваяся владыке или воеводе, то есть безстрашие велие, понеже де забывают страх Божий, угождаючи тленну человеку, да Бога, яко раба, к Его же рабом поворачивает. Егда же молвит: «Со страхом Божиим», тогда иноцы вси снем камилавки с сукамилавками, преклонят главы, и из кресл выходят, тако ж и миряне исходят из кресл и сняв шапки и чалмы, тако ж преклоняют главы, а иные и на коленех припадут и говорят: «Благословен грядый во имя Господне» и прочее. А Патриарх прием свещу осеняльную, и став в царских дверех впрям на запад, в шапке без омофора, осеняет, яко же писано напред сего, глаголя: «Спаси, Боже, люди Своя и благослови достояние Свое», а лики и предстоящии вси поют краткое «Ис полла эти деспота» однажды; потом поет лик стихиру «Видехом свет истинный», писана на Пятьдесятницу. А Патриарх отдав свещу, и взимает кадило и кадит на престоле стоящую святыню, и взем дискос, подает диакону; диакон, взимая дискос, глаголя: «Благослови, владыко», а Патриарх «Благословен Бог наш», таже потир протопопу, или игумену подает; он же взем, обратяся на церковь, говорит: «Всегда, ныне и присно» и прочее, и идет к жертвеннику; лик говорит «Аминь», «Да исполнятся уста наша». Таже диакон говорит ектенью, лики же и предстоящии говорят: «Господи, помилуй» дважды, таже «Тебе, Господи», иерей возглас, людие «Аминь». И идет иерей в церковь царскима дверми, глаголя: «Ен ирини проелфомефа» (с миром изыдем), лики же «Ен ономати Кириу» (о имени Господни). А диакон, что говорит ектенью, стоит мало склоняся на страну, глаголет: «Ту Кириу деиефмен», людие же «Господи помилуй»; и читает иерей молитву. Тут по нашему звычаю просфир не выносят и целых просфир никому не подносят, ни Патриарху, ни государем, но все искрошат великия и малыя, сиречь из чего Агнец вынят, или из которой Богородицы часть вынята и святым всем, все те вместе искрошены; и то принимает Патриарх сам, и государем и государынем подает, и бояром и всему миру, и то зовется погречески антидора; а принимают ея вси миряне от мала и до велика по вся дни, а иногда и еретики приимают, а Патриарх дает. А иных особных просфир нарочно за царя и за Патриарха и за государей не вынимает, того у них чину нету. По заамвонней молитве идет Патриарх из олтаря без омофора, в шапке, и вышед, взем свой посох двоерожной, и станет в креслах под стеною, потом и сядет, держа в левой руке посох. И принесут на блюде дробленыя просфиры старец или малой робенок, какой ни буди, и станет близ Патриарха; иноцы же и миряне идут преж старейшие и поклоняся взимают у Патриарха часть антидоры, целовав руку; потом идут, целуют образ на налое празднуемых; аще Неделя, то целуют местныя иконы все, потом на налое, и отшед снедают. И тако вси идут от мала и даже и до велика и, взем, целуют иконы; а не прикладываются греки, но вси целуют иконы, також и жены целуют, а не прикладываются. А клирик в то время говорит: «Буди имя Господне» трижды, «Слава, и ныне» и «Благословлю Господа», потом говорит псалом 140-й весь. По раздаятии же антидоры, возстав Патриарх с места, отдает посох, и став среди от царских дверей, на запад лицем. Архидиакон возглашает «Господу помолимся», людие же «Господи, помилуй»; а Патриарх говорит: «Благословение Господне на всех вас»; таже лик говорит «Слава, и ныне», «Господи, помилуй» дважды, «Владыко, благослови». А достойна не говорят нигде, после Литургии, а пред Литургиею, и то не везде. Таже Патриарх говорит отпуст; а «Слава Тебе, Боже, уповайте наше» не говорит, но токмо отпуст. Лик поет: «Тин деспотин ке архиереон имон Кирие филатте. Ис полла эти деспота». А Патриарх, взем свечу, осеняет на запад, на юг и на север обеима рукама, и отдав трикирий, идет в олтарь, и став пред престолом, разоблачается; и что с него снимают, то все кладут на престол; и разоблачася, одевся и положа на себя манатью, и взем посох, идет вон из церкви, потом к себе в келью; а власти служащия и не служащия, и иноцы и мирские попы и мирские люди, и кто случится от честных людей идут вси за Патриархом в келью.

И пришед в келью, Патриарх сядет, також и прочии вси; потом Патриарх выпьет сам кубочек скляничной вина винограднаго, яко ж и наше хлебное, по их языку раки, потом и прочим подносят диакони; и тако по праздникам, или суббота и Неделя; и братия вся вшед на погреб, и пьют там по чаши того ж вина из винограду высижаннаго. А в трапезе принесут хлеб Богородицы, вымет старец простой, а иногда поп попросту, ничего не говорит. Потом трапезарь яству всю поставит на стол и всякому брату по сосудцу вина краснаго и воду на произволника. И как время, Патриарх за стол придет и сядет. Недельный поп ударит в кандию, и говорят «Отче наш». А Патриарх сидит и благословит стол сидя, чтец «Аминь», таже чтет и то не всегда. Патриарх ест един на особом столике, а в келье, или в дороге ест с одного блюда со всеми. Есть носят пред Патриарха все диакони, в кравчей архидиакон. В трапезе диакони отнюдь никто при Патриархе не сидит за столом с братиею; но вси после едят. Егда же время пить, архидиакон наполня сосуд, а неделной поп ударит в кандию; таже востанут вси, а чтец перестанет чести. А архидиакон говорит: «За молитв святаго владыки нашего, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас». И рекут вси «Аминь». Патриарх прием сосуд, говорит ко всем: «Евлогите Патерес» и пьет; прочии же вси стоя говорят: «За молитв святаго владыки нашего, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас, аминь», таже «Тон деспотин ке архиереон имон Кирие филатте ис полла эти деспота», и мало поклонятся. И как выпьет, сядут вси, и кто хочет пить, нальет чашу вина из своего сосуда и поставя молвит Патриарху гласно: «Евлогисон деспота», а Патриарх осеняет рукою, глаголя: «О Феос», и выпив стоя, сядет; и тако вси первую чашу пьют, благословляя стоя, а как другую и третью, и четвертую кто захочет, пьют сидя и без благословения. Такожде если и Патриарха нет, то у недельнаго благословляются и пьют сидя. А прежде того благословения отнюдь никто не пьет. Егда же отъядят, повелит Патриарх ударить в кандию, и чтец перестав, говорит: «Ди евхон», и пришед, поклонится Патриарху с прощением; а Патриарх подаст ему чашу вина и урезочек хлебца положит на чашу; таже опять ударит в кандию; потом трапезарь взем кошницу и говорит гласно: «За молитв святаго владыки нашего»; аще ли Патриарха нет, то «За молитв святых отец наших» и идет к Патриарху и говорит: «Евлогисон деспота та перисевмата тон клазматон» (благослови, владыко, остатки кусков); а Патриарх со стола своего положит в кошницу часть хлеба, и говорит: «Христе о Феос евлогисе та перисевмата тон клазматон ке ис тин агиан монин тавтин пиисон авта плусиа ке агиа липа», сиречь: «Христе Боже, благослови остатки кусков и сотвори их богатством для святой обители сей. Яко свят еси всегда, ныне и присно и во веки веков». Трапезарь молвит «Аминь», и идет ко всей братии с кошницею и говорит «Евлогите Патрес»: прочии же вси подают ему хлеб, что остался, в кошницу, мечет всяк свою долю, и говорят: «О Феос схоре ке елеисисе». Потом ударит паки в кандию, и аби востанут вси и выйдут из-за скамьи и говорят: «Благословен Бог, милуяй и питаяй нас»; потом «Слава Тебе, Господи, слава Тебе Царю». А Патриарх то все сидит. Егда же проговорят «Слава, и ныне»; «Господи, помилуй», дважды, «Господи, благослови»; а диакон, или простой инок екклисиарх приимается пресвятому хлебу, стоящему с панагие на трапезе никем недержиму, и взем тремя персты хлеб, воздвиг мало, глаголя: «Велико имя» потиху, а не гласно, а панагии никто не держит, но стоит на столе. Таже Патриарх востав, говорит: «Святыя Троицы». Таже екклисиарх «Пресвятая Богородица, помогай нам», и прочии иже стоят: «Молитвами Христе Боже» и прочее, потом: «Блажим Тя вси роди» и «Достойно есть», или ирмос праздника. А Патриарх хлеба не раздробляет, но токмо поднесет к нему экклисиарх панагию с хлебом, и держит хлеб обеих рук персты; и Патриарх двема персты ущипнет крошку, и держит дондеже пропоют «Достойно»; а екклисиарх несет хлеб к прочим ко всем к миряном приходящим. Вси емлют ущипываючи по крошке мало и двема персты. Трапезарь же прием кадило с огнем и с ладаном кадит преж у Патриарха держимую крошку пречистаго хлеба, таже и у прочих у всех, ходя во след екклесиарха. Егда же пропоют «Достойно», Патриарх съедает часть хлеба, и взем чашу вина пьет и отдает диакону. А другия две чаши припасены вина, те возмут на оба лика иноцы и пьют помалу, и подают друг другу даже и до конца. Егда же пропоют «Достойно», а еккесиарх скончает даже и до последняго мирянина, возвратится с трапезарем вкупе, и положа панагию и кадило, поклонятся оба вкупе Патриарху с прощанием; а Патриарх осеняет их рукою, глаголя: «Бог простит и помилует». Екклесиарх же и трапезарь, и повары, и столники все идут из трапезы вон за двери; а лик говорит: «Милостив и щедр Господь пищу дал есть боящимся Его», таже Трисвятое и тропарь, или кондак, «Господи, помилуй» дважды, «Господи, благослови». Таже Патриарх: «Благословен Бог милуяй и питаяй нас», и рекут вси «Аминь», лики же поют: «Тон деспотин ке архиереон имон Кирие филатте, ис полла эти деспота»; а Патриарх взем посох идет из трапезы вон, а за дверьми лежат на земли припадши екклесиарх, трапезарь, повары, столники и говорят: «Прости мя, Владыко», а Патриарх идучи мимо их говорит, осеняя рукама: «Бог простит и помилует вас»; и пришед, Патриарх сядет, а прочии вси идут рядом за Патриархом, а те все лежат, дондеже вси пройдут из трапезы, а говорят ко всякому исходящему «Благословите, отцы», мимошедшии же говорят: «Бог простит и помилует». Пришед, покланяются Патриарху вси исходящии с прощением, и идут каждый по кельям, или где хочет. Аще ли Патриарха нету, то все действует поп неделной; а служебницы такожде чинят вси, яко ж при Патриархе. Тако ж и за ужином.


<<< Предыдущая 1 2 3 4 5 ... 7 Следующая >>>

Домашняя страница
священника Владимира Кобец

ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU

Создание сайта Веб-студия Vinchi

®©Vinchi Group